Минус один. Суд

Minus_odinПредварительное заседание суда состоялось 29 апреля. Конечно, ни виновник, ни представители страховой компании не явились. Как сказал адвокат, страховщики вообще редко являются на подобные разбираловки. А вот виновник вообще скрылся. Последнюю телеграмму он получать не пожелал ни по месту проживания, ни на телеграфе по приглашению. На звонки не отвечал, а потом вообще отключил номер. Первое время он ненадолго включал его, можно было отправить СМС, отчет о доставке приходил через несколько часов после отправки, а потом и это счастье пропало. Светлану это как-то вообще не радовало. Адвокат лишь успокаивал: «Не переживай, это его дело. Пусть прячется, приставы его найдут!». Но успокоения в этих словах Светлана не находила. Что адвокату? Его дело работать и тянуть с заказчика деньги, а вот вернутся они его клиенту или нет, это уже мало интересовало.

Светлана понимала, что вероятность получения денег с виновника ничтожно мала, но прощать ему она не собиралась.

— Пусть я потеряю крупную сумму, но жизнь этому гаду испорчу. Почему? Он же мне многое испортил. Наказать надо, чтоб впредь больше никому не насрал. Да и к тому же… Что это за мужик такой? Натворил, так пусть отвечает. Эта его трусость на многие годы ему обо мне забыть не даст. В загранку его с такими долгами не пустят, кредит он взять не сможет… Приставы станут верными его спутниками по жизни. А я буду в кошмарных снах к нему являться, пока последнюю копейку с процентами не отдаст.

Судья оказалась полной и очень приятной на вид женщиной. В ее голосе чувствовалась сталь. Конечно! На ее-то работе и мямлей быть!? Не-е-ет! Эта женщина с характером. Даже мужчина-адвокат, отвечая на ее вопросы, несколько запинался. Он, кстати отметить, и так был несколько женоподобен и по-женски выхолен. Его по-кошачьи грациозная походка всегда бесшумна, движения неторопливы, чопорность безгранична. Судья Аксенова задала несколько вопросов. Светлана и ее мама ответили. Она потерла лоб:

— М-да-а-аа! – сказала она в свои бумаги. Помолчала. Потом вскинула челку. – Так, значит. Судебное заседание во вторник двадцать первого мая. Оповестите, пожалуйста, ответчиков самостоятельно и телеграммы с чеками не забудьте показать.

Дорога домой была длинной. Погода разбушевалась, с неба лил холодный мерзкий дождь. Дорога была отвратительной. Ранней весной ее вспучило, и теперь каждые пятьдесят метров колеса налетали на глубокие ямы. Автомобиль адвоката, с кем Светлана приехала на предварительное заседание, уперся в попу большегруза. Из-под больших колес летела мерзкая жидкость, обильно загаживая морду еще утром чистейшей Мазды. Обогнать было практически невозможно, битая дорога была еще и кривой, видимость была отвратительной.

Мама к Светлане ехать не согласилась, сославшись на то, что на подоконнике осталась рассада помидоров. Светлана и не настаивала.

Дома у нее было не все в порядке. Ее давние подозрения на то, что Алексей чрезмерно тяготеет к спиртному, все чаще и чаще находили подтверждения. Частые гости, кем были в подавляющем большинстве люди его круга, уже изрядно надоели Светлане. Всех угощать уже не было сил, но Светлана сама не знала, на что надеется. Понимала, что его не изменишь, но… Но что-то ее держало.

Маша училась хорошо, хорошо помогала по дому. Ей нравилась ее новая комната. Но в один вечер Светлана зашла к ней, села на кровать.

— Доченька, — обняла она дочь. – Знаешь? Мне тут жить не нравится.

Дочь вопросительно подняла бровку.

— Да, доча. Мне тут не нравится. И с ним не нравится. Не хочу тебя огорчать, но будь морально готова, что когда-нибудь нам придется вернуться.

Дочь обняла маму.

— Надо, так надо.

Это была золотая девочка!

В один из вечеров, когда, придя с работы, она застала Алексея снова пьяным. После ужина он активно что-то рассказывал. Светлана села тихо на кровать, опустила руки, потупилась.

— Леша. Я устала… Я хочу домой!

Алексей резко замолчал. Вопросов не было. Он лег. Отвернулся. Светлана укрыла его. Вечер и ночь прошли без единого слова. Пара улеглась попами друг к другу. Алексей храпел, а Светлана не могла уснуть до глубокой ночи. Было о чем подумать, вот и думала.

Утро началось как-то необычно. Как-то по-новому. Казалось, мужчину подменили. Внимание, забота. Все ушли на работу. За Машей и Светланой, как обычно последнее время, заехал Машин папа. День прошел спокойно. Вечер тоже. И следующий вечер тоже. И еще. И еще.

Потом был суд. Для Светланы он был беспроигрышным. Конечно, ответчики опять не явились. Ни страховщики, ни виновник ДТП.

Судья была в прекрасном настроении.

— Доброе утро, иссссссс-цы! – как бы пошутила она. Потом опять долго листала бумаги и мурлыкала себе под нос какую-то песенку. Резко прекратив напев, вдруг громко спросила:

— А кто такой Абдуллаев?

Тишина повисла в зале. Никто и не знал такого. Адвокат вопросительно посмотрел на Светлану. Она судорожно вспоминала, кто бы это мог быть. Судья помогла:

— Он тоже что ли травмы какие-то получил?

И тут Светлана встала.

— Ваша Честь. Это, наверное, пассажир восьмерки. Удар пришелся как раз в его дверь. Чудо просто, что он не пострадал. Ему врач скорой помощи какой-то укол на месте ДТП ставила.

— Ну да, ну да… А кто он виновнику-то?

— Извините, Ваша Честь. У меня на месте ДТП как-то не было желания выяснять такие моменты.

— Ну да, ну да… А кто такие Суриконкин и Бабаев?

Опять пауза. Реакция сидевших в зале та же. Секретарь перестала шлепать по клавиатуре. Через несколько секунд ее работа по фиксированию заседания продолжилась.

— Извините, Ваша Честь? А можно узнать, в каком документе написаны эти фамилии? – спросила Светлана.

— Это инспекторы пишут.

— А! – вспомнила Светлана. – Это, вероятно, свидетели.

— Какие еще свидетели?

— Да инспекторы, когда замеры на дороге делали, схему нарисовали, остановили там две машины какие-то. Водителей попросили расписаться, что схема верная. Это по регламенту так надо, я интересовалась.

— А! Ну да. Ну да. – Мурлыканье продолжилось.

Судья медленно перекладывала бумажки из стопки в стопку.

— А виновника-то телеграммой приглашали? Или звонили?

— Да, Ваша Честь. – Подпрыгнул адвокат и сунул в руки Аксеновой копии телеграмм и уведомления. — По месту его проживания телеграмму приняла его теща.

— Теща? — Удивилась судья. – Надо же! Какая ответственная женщина. Какая умница. Приняла телеграмму. Ну да. Ну да… А тут, кстати, страховщики письмо какое-то накарябали… Ну-ка, ну-ка!

Светлана напряглась. Ей брат в аське многое рассказывал о порядочности страховой компании «Россгосстрах» и предупреждал, что те могут воспротивиться. Конкретно они могут заявить, что стоимость ремонта умышленно завышена независимым экспертом. Так и вышло. Судья развернула письмо.

— О! Пишут, что не согласны с результатами независимого оценщика. Просят назначить третье лицо и пересчитать. Что вы на это скажете?

Адвокат выдернул из своей стопки цветной оригинал отчета оценщика, Светлана удивилась, почему оригинал не у судьи.

— А как Вы считаете, Ваша Честь, какие повреждения могут быть у автомобиля при лобовом столкновении?

— О-о-о! А у вас цветные картинки? А у меня черно-белые. А дайте посмотреть?

— А давайте лучше поменяемся? Вы так лучше увидите, насколько прав оценщик.

Поменялись. Мурлыканье стало сопровождаться возгласами удивления и гнева вперемешку. Видно, судья тоже была автомобилисткой.

— Госпожа Шишкина, а где сейчас машина-то?

— Автосервис «Европа» в Магнитогорске.

— А! Ну да. Ну да… Еще не сделали?

— Еще не начинали. Детали ждут.

— Странно. Вроде не самая редкая марка машины.

— Да, Ваша Честь, не самая. Но дело в том, что эта Фабия выполнена в старом кузове в Чехии. В конце 2007 года модель сняли с конвейера. Теперь их выпускают в Калуге и в новом кузове. А детали на такие автомобили, как моя, теперь приходится искать лишь в Европе или на разборе по всей России. Как повезет.

— М-да… Ну, с третьим оценщиком они, конечно, обрыбятся… — Судья снова утонула в картинках. – Размечтались! Ща! Уже переоцениваем.

Женщина снова затянула свою песенку, Светлана облегченно вздохнула. Через пару минут судья перешла к финалу.

— Ну, что тут еще скажешь? Дело-то прозрачное, никто не явился, кого еще опрашивать-то? Ладно!.. Решение мы сегодня вынесем. Конечно, в вашу пользу. Но не спешите радоваться. Оно вступит в силу только в конце июня. Если страховщики и виновник не подадут апелляцию, то в июле вы уже получите свои деньги от страховой компании. А вот как вы будете искать виновника и трясти его, это я уже даже не представляю.

— Не переживай! – Успокоил Алексей вечером жену. – Позвоним моим коллегам, они за два часа найдут твоего виновника.

Ну, уже что-то.

Светлана опять с головой нырнула в работу. Она не упускала возможность заработать любую копейку, лишь бы поскорее восстановить любимую машину. А вот Алексей все чаще и чаще задерживался на кровати. То им не пришлют оборудование для установки, то еще какая-нибудь незадача препятствовала его желанию подорваться и полететь на работу. Светлана его не пилила, все же он успел заработать свою пенсию, и ее размер лишь на три тысячи был меньше ее белой зарплаты. Хотя, надо сказать, что и ее белая не так уж и мала. Проходчики на шахте, где случилась Светина авария, о такой лишь мечтают.

Жизнь продолжалась. Кухня, маршрутка, работа, беготня с документами вместо обеда, снова работа, снова маршрутка, магазины, кухня. Все обильно сопровождалось новыми летними тканями, портными, ремонтами обуви, школьными хлопотами, спиртным по выходным, а у Алексея и в будни, и, конечно, переживаниями об автомобиле. Наконец-то приехали детали, началась сборка.

Началось лето. Погода была какая-то не летняя. Постоянные тучи и ветры не давали помодничать в коротких юбчонках. Куртки надоели до чертиков. Впрочем, как и все остальное. Маша закончила школу и уехала к бабушке на лето. Минус еще один год обучения в школе. Радости было все меньше и меньше. Особенно дома.

«Знаешь, подруга? Хорошо тебе! Ну, пьет твой неделю, пьет другую, третью, ну, месяц пьет, другой… А у моего-то бывают еще и запои!» Эта чья-то старая шутка никак не выходила из головы Светланы. Когда Маша уехала, стыдиться стало некого, и Лешин спирт потек рекой. Настроение упало, словно тяжелое осеннее небо, сорвавшись с последних держащих его дождевых нитей, с грохотом рухнуло на землю и придавило плечи женщины. Эх, где же живет Золотая Рыбка? Как много бы решилось, исправилось… Ну, ничего! Лучше попробовать и пожалеть, чем не попробовать и пожалеть еще больше! Прорвемся! И не в такой жопе бывала… – утешала себя Светлана.

В один вечер, вернувшись с работы, Светлана бросила сумочку на камод и заявила пьяному мужу.

— Слушай! Что с тобой творится?

Конечно, вразумительного ответа не было. Был только ее крик.

— Слушай, что у тебя случилось? Что ты по синим ямкам-то прыгаешь? Какие проблемы ты хочешь там решить? Спиртным ты ничто не решишь, не заглушишь. Ты же деградируешь! Какие-то комплексы запиваешь? Так их лечить надо. Из прошлой жизни тараканы полезли? Так я-то тут при чем? Ах! Пожалеть тебя надо? А меня кто пожалеет? Думаешь, ты пупок что ли? Так у меня дочь несовершеннолетняя, и на работе подчиненных сотня. Я между прочим, на тебе не женилась и не усыновляла тебя! Что ты ведешь себя, как ребенок? Как тряпка? Будь ты мужиком! Будь человеком! Или я тебе надоела? Так скажи! Я за полдня шмотки соберу… В общем так! Я тебя предупреждала. Я скандалить не буду. И пилить тебя не буду. Я терплю, терплю, а потом взрываюсь… Один раз я уже ушла! Ничего! Не сдохла! И сейчас не сдохну! Я рядом с тобою деградировать не буду. Решай! Или ты бросаешь это дело на всю жизнь, или мы идем по разным дорожкам каждый в свою сторону!

Светлана приняла решение. Так жить она, действительно, больше не хотела и была готова делать большие шаги. Должен же хоть кто-то решать и творить подвиги! Без него у нее подвиги получались чаще и значимее. А с ним даже быт был каким-то скудным. Да много отрицательных галочек успел насобирать Алексей за год их совместной жизни. Положительные, конечно, тоже были, много, но они все равно как-то не дотягивали до статуса счастливой семейной жизни. Решено! Еще капля и переезд. Плевать на вещи, которые придется оставить! Это наживное. Его все равно надо обновлять периодически. А вот здоровье и мировоззрение ребенка не купишь.

Светлана в эту ночь ложилась с каким-то особенным успокоением. Все будет хорошо. Скоро все наладится. С ним или без него. Она понимала, что, скорее всего, это будет без него, но эта мелочь ее даже больше радовала. Человека не переделаешь. Нет, так нет. Не захотел, не надо. У Светланы есть дочь. Есть подруга, друзья. Есть мать и брат. Есть тайные поклонники, готовые прибежать по мановению ее пальчика, есть работа и все остальное. И даже время и желание для создания качественной жизни с чистого листа. И плевать, что, возможно, минус один лист.

Итак! Последний шанс! Последняя попытка!

Светлана прочитала молитву, перекрестилась и уснула. Впереди подвиги. Впереди ЖИЗНЬ! С ребенком и совместными успехами…

 

 Возможно продолжение

 

Содержание

Минус один
Второе февраля
Дела офицерские
Любезные страховщики
Главное – не сдаваться!
Первое апреля
Суд


Еще на сайте:

Смотрите разделы сайта

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

zapetelinka.ru © 2014 Frontier Theme